Главным богатством Сибири была ценная пушнина - «мягкая рухлядь». Но холодные таежные просторы, где добывались пушные звери, не казались гостеприимными. Привычные к земледелию русские люди с трудом отыскивали здесь немногие земельные участки, которые годились бы под пашню, и мечтали отыскать дорогу в теплые страны - «райскую землицу», где, как говорили, родился не только хлеб, но даже виноград.
Давно ходили слухи о богатых серебром и жемчугом южных землях, о каменных городах, о реках, по которым плавают корабли с «огненным боем». Эти сведения пока никак не связывались с Китаем, хотя до этой страны еще в 1618 году добрался с купеческим караваном через монгольские степи томский казак Иван Петлин, составивший «Чертеж и роспись про Китайскую область».
Больше в сибирских острогах были наслышаны об Амуре и населявших его землепашцах даурах. Впервые о Даурии узнал Иван Москвитин, приблизившийся в 1640 году к амурскому устью со стороны Охотского моря. Кружной маршрут на Амур с Лены на охотское побережье, а оттуда по штормовому морю был слишком длинным и рискованным. В Якутске думали, как добраться до Амура напрямик.
В 1643 году якутский воевода Петр Головин отправил в дальний поход на юг Василия Пояркова. Под его началом был солидный, по сибирским понятиям, отряд - 132 человека на шести больших речных судах-дощаниках. Поярков поплыл из Якутска по Лене, затем стал подниматься по рекам Алдан, У чур, Гонам. На гонамских порогах разбились два дощаника, потонула часть припасов и снаряжения. Зима застала русских в горах. Поярков оставил часть отряда охранять вмерзшие в речной лед суда, а сам с 90 казаками пошел налегке дальше.
Русские перешли на лыжах Становой хребет и вышли к реке Зее, впадающей в Амур. Зимой Приамурье показалось казакам вовсе не «райской землицей». Кончалось продовольствие, и Поярков послал 70 казаков за хлебом в соседний даурский городок. Его жители соглашались дать немного крупы и скота, но казаки потребовали большего и попытались захватить городок силой. Дауры оказались сильнее, русским самим пришлось отбиваться, засев в стоявших рядом юртах. Только на четвертые сутки, воспользовавшись темнотой, казаки сумели прорваться в зимовье к Пояркову.
Но они вернулись без продовольствия. Дауры взяли русский острожек в осаду. Все вражеские приступы были отбиты, но гораздо страшнее оказался голод. Казакам приходилось питаться «травой и кореньями», некоторые дошли до того, что ели убитых врагов. За зиму в остроге умерло 40 человек. Только когда на реках сошел лед, подоспели с припасами казаки, оставленные на Гонаме.
Поредевший отряд спустился по Зее к Амуру. Поярков собирался строить постоянный острог, но вначале отправил вниз по реке на разведку 25 человек. На обратном пути разведчики попали в засаду, когда шли берегом, таща суда бечевой. Казаки едва успели соорудить маленькую «крепь» из срубленных деревьев и послать за подмогой, но когда она подоспела, все было кончено, разведчики погибли.
Потеряв столько людей, Поярков не решился оставаться в Даурии. Русские поплыли вниз по Амуру мимо поселений земледельцев дючеров и рыболовов натков (нанайцев). Рыболовами были и жившие в низовьях Амура гиляки, в чьих землях Поярков расположился на зимовку. Весной 1645 года было решено возвращаться в Якутск Охотским морем, по пути, проложенному Москвитиным.
Переход из устья Амура к устью реки Ульи на неприспособленных к морскому плаванию речных судах занял почти три месяца. Не решаясь выйти в открытое море, казаки обходили каждый залив у самого берега и все же не раз попадали в шторма и чудом избежали кораблекрушения. На Улье Поярков остановился на свою третью зимовку, а на следующий год добрался до Якутска. Русским не удалось закрепиться на амурских берегах, с Поярковым вернулась лишь треть тех, кто отправился в поход. Тем не менее дорога в Приамурье была проложена, хотя этот путь по Алдану, Учуру и Гоному, а далее через горы Станового хребта оказался очень трудным.
В том же 1646 году, когда Поярков вернулся в Якутск, русские промысловики отыскали более удобную дорогу на Амур по притоку Лены Олёкме. Впервые о том, как добраться коротким путем до владений даурского князя Лавкая, услышал от тунгусов Григорий Вижевцев, промышлявший на впадающей в Олёкму речке Тугир. Однако после малоудачного похода Пояркова власти Якутска не предпринимали больших усилий для организации новой экспедиции в Приамурье.
© 2020 Арктика